«Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Россия 7 ноября отмечает 100-летие со дня Октябрьской революции. Представители КПРФ планируют сегодня выйти к памятнику Владимиру Ленину на Элеваторной Горе, а «Коммунисты России» – в парк Победы. «Это мы отстояли место для митинга, через суды. И исполком только нам разрешает туда выходить. Они остерегаются нас, я вам так скажу», – говорит Татьяна Гурьева, первый секретарь горкома партии «Коммунисты России», которая, похоже, пока единственная, кому удается проводить подобные акции в центре города, за исключением «Единой России». «Неугодных» же власти города отправляют на периферию: к заброшенному РК «Колизей» в поселке ЗЯБ, в Сидоровский парк или еще куда. На мероприятие в честь 100-летия революции коммунисты заявили участие 1,5 тыс. человек – «по максимуму», отметила Гурьева, однако на активность особо не рассчитывает: «Народ спит, он как замороженный».

О том, как работалось при разных мэрах, почему новая фракция КПРФ в горсовете – это «лебедь, рак и щука», кто стоит за депутатом Сергеем Яковлевым, и на что живут местные коммунисты – Татьяна Гурьева рассказала в интервью Chelny-biz.ru. Но сначала о значении революции, ведь без этого коммунист – не коммунист, Гурьева – не Гурьева.

«СОЦИАЛИЗМ ПОГИБ НЕ САМ. МЫ БЫЛИ ПЕРВЫМИ В МИРЕ, У НАС НЕ БЫЛО, С КОГО БРАТЬ ПРИМЕР»

Революция 1917 года останется одним из важнейших событий XX века. Татьяна Ивановна, что вы знаете о том, как Челны пережили то время?

– Сегодня некоторые деятели преподносят революцию так, что якобы кто-то извне Ленину заплатил, и по мановению волшебной палочки он просто осуществил революцию. Нет! Решение о революции принял народ. Ленин не хотел и не мог уже жить в безысходности, в которую его ввергло царское самодержавие, а затем и временное буржуазное правительство. И тогда, в 1917-м, в условиях поражения России в первой мировой войне вопрос стоял так: быть или не быть России, быть или не быть российскому народу? И выходом из этого был Великий Октябрь.

Американский писатель Джон Рид, который в то время находился в России писал, что Центральный Комитет большевиков обсуждал вопрос о восстании 23 октября (5 ноября по новому стилю), где присутствовали делегаты от петроградских рабочих и гарнизона. При первом голосовании за восстание проголосовали только Ленин и Троцкий. Тогда встал со своего места простой рабочий. Лицо его было перекошено яростью. Он резко заявил: «Я говорю от имени петроградского пролетариата. Мы за восстание. Делайте, как знаете, но заявляю вам, что если вы допустите разгон Советов, то нам с вами больше не по пути!». К нему присоединились и присутствующие представители солдат. Повторным голосованием решение о восстании было принято. Джон Рид, который в последующем вступил в компартию, был одним из основателей коммунистической партии в США, описал революцию в России в своей книге «Десять дней, которые потрясли мир».

Американская писательница Луиза Брайант описала революционные бои в Петрограде, когда царская армия шла на рабочих. Солдаты были сытые, крупного роста, а рабочие бледные, маленького роста из скотских условий жизни. Она писала, что рабочие были как демоны, подразумевая их сверхъестественную силу: солдаты стреляли, первый строй рабочих падал, но следующий шел вперед, не останавливаясь. Всё это поражало! Вот до чего довел народ прогнивший режим самодержавия, что даже смерть им стала не страшна. Люди поднялись на революцию потому, что поняли, что в прежней жизни лучшего им не дождаться, они обречены, а революция даёт им шанс изменить жизнь к лучшему, построить справедливое общество. Хотя, понятно, никто тогда не знал, каким будет это новое общество, но, тем не менее, народ увидел свет в конце туннеля и пошел к нему.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Великая Октябрьская Социалистическая революция 1917 года всколыхнула всю Россию. По всей стране начали создаваться органы народной власти – Советы.

Набережные Челны на тот момент были крупным селом с самым большим в России речным элеватором и самой большой пристанью на Каме. Челны входили в то время в состав Уфимской губернии, Мензелинский уезд. Советская власть в Челнах установилась мирным путем. Революционный Комитет в Мензелинске начал свою работу уже 14 ноября 1917 года. В Челнах районный Совет был создан к началу зимы. Совет занимался заготовкой хлеба, шерсти, кож, мяса для молодой республики.

Выгодное географическое положение, сосредоточие в этих местах запасов хлеба и другого продовольствия привело к тому, что в гражданскую войну здесь проходили ожесточенные бои между частями Красной и Белой армии.

Боролись и погибали за Советскую власть и местные жители. В период военных действий с белочехами (1918г.), армией адмирала Колчака (1919 г.) завоевания советской власти отстаивали бойцы и командиры Восточного фронта, Волжско-Камская военная флотилия, партизанский отряд московских рабочих во главе с уполномоченным ВЦИК И.С. Кожевниковым; прославленные полководцы В.И.Чапаев, М.Н.Тухачевский, В.И.Чуйков, В.М.Азин, Ф.Ф.Раскольников, испытанные большевики С.И.Гусев, П.К.Штернберг, Н.Г.Маркин, Л.М.Рейснер, матрос-писатель В.М.Вишневский.

Как оцениваете масштабы празднования годовщины в стране?

– Хотя и было распоряжение Путина о праздновании 100-летия, фактически идет воспрепятствование в проведении мероприятий коммунистов. Повсеместно. Возьмем у нас… Не думаю, что в России как-то по-другому. На уровне государства ничего значимого этому величайшему событию не проводят.

Был известный философ, как в России, так и на Западе - Александр Зиновьев. В свое время стал диссидентом, на Западе прожил более двух десятков лет, в молодости участвовал в группе, которая готовила покушение на Сталина. Но на Западе, в сравнении, он высоко оценил достижения нашей советской страны. Наше общество он называл коммунизмом. Он писал: именно такой социальный строй позволил стране в короткий срок сделать огромный рывок и преодолеть экономическое отставание от Запада - порядка 100 лет. Зиновьев писал, что если бы не было Советского Союза, состязательности двух систем, то не было бы и многих достижений на Западе. Ведь благодаря революции была разрушена колониальная система, появились социальные гарантии у трудящихся капстран, появилось социальное государство, а затем и целая система стран социализма. Сегодня в мире хаос. Когда был Советский Союз, был порядок. Мы развивались в научном, экономическом плане и весь мир вместе с нами двигался вперед, и человек становился лучше. Сегодня произошла страшная деградация людей, которые внешне похожи на человека, но фактически превратились в человекоподобные существа. Зиновьев, кстати, говорил, что мы создали высочайшую человеческую цивилизацию, которой в мире не было, он имел ввиду высокую духовность, добрые человеческие отношения, единство общества. Достижений при советской власти было очень много. В конце прошлого века у Зиновьева спросили: «Кто человек №1 двадцатого века?». Он ответил: Ленин. Он аргументировал: не было бы Ленина, Великой Октябрьской социалистической революции и потом Советского Союза, в истории не возникла бы целая эволюционная линия, сомасштабная той, которую представлял западный капиталистический мир. Она, эта новая эволюционная линия, оказала громадное влияние на всё последующее развитие человечества». Но потом Зиновьев добавил, что возможно человек №1 - Сталин, поскольку Ленин умер рано и все величайшие социалистические преобразования были осуществлены Сталиным.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Также хочу привести и такие слова Зиновьева: «Самое страшное состоит в том, что вследствие разгрома той социальной системы, которая была создана в нашей стране благодаря усилиям таких титанов человечества, как Ленин и Сталин, страна утратила способность выживать в современных условиях на планете, защищать себя и отстаивать свое историческое достоинство. К этому Запад и стремился. И то, что сейчас устанавливается мировая империя во главе с Соединенными Штатами, — страшное явление. Советский Союз был противовесом этому. С ним считались. А теперь считаться не с кем». Александр Зиновьев умер в 2006 году, он был выдающимся человеком, поэтому все, что он писал, говорил - не утратило актуальности сегодня.

Тем не менее, оказалось нежизнеспособно…

– Социализм не сам погиб, его убили. Он был молод. Мы были первыми в мире в строительстве социализма, у нас не было того, с кого можно было брать пример. Для сравнения социализма могу привести пример с ребенком. Любой родитель пытается помочь своему ребенку, но он часто идет в другую сторону, совершая ошибки. Наш социализм был ребенком, которого враги пытались уничтожить извне и изнутри. Нам досталась отсталая страна, на 90% безграмотный народ. Мы прошли несколько войн, самую страшную войну с фашизмом. И в этих условиях мы сумели много достичь! Подняли страну на уровень второй сверхдержавы мира.

Примерно 10 назад я смотрела американский фильм «Горячий двигатель холодной страны». Когда они увидели в конце 80-х наши космические двигатели, они были в шоке. И сказали, что подобного у них не было даже в их головах. Они заявили, что с такими двигателями мы опередили мир на 50 лет. Но до сих пор ничего лучшего в мире не придумано. Наши ракетоносители, наши двигатели выводят на космическую орбиту американские спутники! Американцы, даже получив наш советский двигатель, они не придумали нечто подобное, а лучше – тем более. Советский Союз, социализм дали возможность большому количеству людей из простых семей развиваться. Наука хорошо поддерживалась государством. Статистика тех лет показывала, что на тысячу мировых открытий более 700 были советскими. Сегодня страна находится в яме. Путь из нее тоже один – социализм. Другого пути нет.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

«МОГУТ СКАЗАТЬ, ЧТО МЫ БУДОРАЖИМ ЛЮДЕЙ, ХОТИМ РЕВОЛЮЦИИ. НЕТ, Я НЕ ХОЧУ РЕВОЛЮЦИИ»

Вам пришлось обращаться в прокуратуру с жалобой на исполком, поскольку вам не согласовали шествие вдоль проспекта Мира.

– Воспрепятствование идет везде. В Казани, например, даже были проблемы с митингами. Законодательство изменилось, сумма штрафов возросла. Сейчас не только меня как организатора могут оштрафовать, но и всех участников. Мы не Навальные, нас ни местные, ни западные олигархи не спонсируют.

Народ сегодня жизнью недоволен, и он не будет молчать бесконечно. Это однозначно. Чем сильнее власть давит, тем сильнее ударит пружина народного гнева. В Казани коммунистам демонстрации не разрешают проводить уже несколько лет. В прошлые годы КПРФ штрафовали даже за групповые пешеходные прогулки, без партийных флагов и транспарантов, от памятника Муллануру Вахитову до памятника Ленину.

Если бы не было нашей революции, не было бы Татарской АССР, нашего города. В свое время известный строитель Евгений Батенчук (а он был настоящим коммунистом) писал в своей книге, что благодаря возможностям социализма за короткий срок (всего шесть лет, это немыслимо!) удалось аккумулировать все трудовые, материальные, финансовые ресурсы и построить полумиллионный город и завод-гигант. При капитализме на это потребовалось бы 300 лет, отмечал он. Понятно, капиталисту прибыль нужна сиюминутная, вот прямо сейчас. Он не хочет работать на будущее, а социализм работал на будущее страны и народа.

Получается, в Челнах власть более лояльна к вам?

– Нет! Меня не раз штрафовали за митинги и демонстрации. Чтобы мы отказались проводить демонстрации по проспекту Мира, меня оштрафовали на 120 тыс. руб. в 2013 году, также штрафы были наложены на Андрея Потанкина - второго секретаря горкома. Но мы понимали, что если уступим, то завтра нас задавят совсем, поэтому выходили. Тем более, что демонстрации по проспекту Мира разрешены законом. Тогда на уровне Татарстана все суды мы проиграли. В течение года мы отправили в Генпрокуратуру 5 тысяч писем горожан о незаконности привлечения к административной ответственности. Генпрокуратура вышла с протестом и на уровне кассационной инстанции мы защитили наше право. Сегодня же в день 100-летия Великого Октября вновь запрет. Страха у меня нет выйти на демонстрацию. Знаете, я дама такая, могу пойти на любые средства для защиты законных интересов граждан. Если бы народ активно вышел, для меня никаких преград нет. Просто народ пока спит, он пассивен, но власть должна знать, что так будет не всегда. В 2013 году (всего лишь четыре года назад) народ был другим. Чувствовалась поддержка. Сейчас какое-то равнодушие у людей, они как замороженные стали.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Как думаете, почему?

– Жизнь доводит. Люди день и ночь работают, чтобы заплатить за кабальные кредиты, чтобы как-то выжить, содержать детей, ведь жизнь очень дорогая, а доходы мизерные. Люди не осознают, что раз на тебя давят, надо бороться. Если есть с кем идти, надо объединяться и бороться, а и в одиночку не спастись в волчьем капитализме.

Митинг вам в итоге согласовали, вам разрешили двигаться вдоль Цветочного бульвара, либо по тротуару по проспекту Мира. Согласны?

– Вместо демонстрации по проспекту Мира согласовали шествие по тротуару! Мы не согласны с этим. Это унизительно в городе, который построен благодаря социализму, благодаря нашей великой революции. Но учитывая, что активность населения низкая, высокие штрафы, поэтому мы пойдем по тротуару. Но в этом случае у нас будут требования об отставке местной власти, поскольку нарушаются наши основополагающие конституционные права. 

В мэрии мне пытались объяснить, что в Казани вообще проблемы с митингами, а нам тут хоть разрешили идти по тротуару. Но я говорю: меня это не волнует, я на отстающих никогда не ровняюсь, я иду вперед. У меня свои жизненные принципы. Мы отправили жалобы против запрета демонстрации президентам РФ и РТ, в прокуратуру РТ и города, пока от них ни ответа, ни привета.

В последнее время все подобные акции проходят на периферии: ЗЯБ, Элеваторная Гора, Сидоровка. Как считаете, почему?

– Несмотря на то, что парк Победы определен как место для проведения массовых мероприятий, исполком только нам разрешает туда выходить. Я считаю, что это благодаря нашей активной позиции. Они остерегаются нас, я вам так скажу.

Это мы добились проведения гражданами одиночных пикетов у мэрии. Вот мероприятия проведем, начнем отстаивать право на проведение массовых пикетов у мэрии.

Вы заявили к участию в мероприятии 1,5 тыс. человек. Вы уверены, что соберете столько?

– Конечно, мы ждем всех, но пока, к сожалению, активности нет. С другой стороны, неважно сколько придет, у нас нет разочарования, мы понимаем, что такая ситуация и продолжаем свою работу. Агитируем, пропагандируем, оказываем людям помощь в решении проблем. Считаем, что люди должны подняться. Я уверена, что такое время наступит… Могут сказать, что мы будоражим людей, хотим революции. Нет, я не хочу революции, я хотела бы, чтобы власть сама осознала и изменила свое отношение к народу, повернулась к нему лицом, начала восстанавливать экономику.

А сегодня, все социальные гарантии, которая нам дала революция (право на труд, бесплатное образование, медицину, жилье и другие) власть продолжает забирать. В советское время мы платили лишь один подоходный налог и всего 12%, и народу всё возвращалось бесплатным образованием, медициной, жильем, отдыхом, пенсиями, больничными, дешевыми ценами. А сегодня, как посчитали специалисты, с одной тысячи рублей нашего дохода мы отдаем 800 всяких налогов, то есть доходит до 80%.

Говорят, что через 15-17 лет роботов будет больше, чем людей. Если бы это был социализм, то искусственный интеллект стал бы большим благом: был бы укороченный рабочий день, мы бы имели возможность развиваться, заниматься детьми, отдыхать. Это все было бы для человека. Но капиталист заменит роботами миллионы людей, которые в итоге останутся без работы.

Буржуазная власть больше занята собой. Сегодня обострилась борьба внутри власти. При Шаймиеве была видимость ее единства. После избрания президентом Минниханова ситуация изменилась. Говорят, что отдельную политическую силу представляем мэр Казани Метшин. Неудивительно, что все птенцы, вылетевшие из одного гнезда, доходят до такой ожесточенной борьбы. Ведь, когда главными ценностями становятся деньги, богатство, то дружбы быть не может. Но паны дерутся, а чубы трещат у народа.

Поэтому народ должен сам должен думать о себе. Часто можно слышать, что толку от борьбы нет. На проспекте Сююмбике висел баннер со словами Льва Толстова: «Чтобы поверить в добро, надо начать делать его». Я перефразировала это: «Чтобы поверить в борьбу, нужно начать бороться». Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится! Владимир Маяковский писал: «Ленин с горсточкой людей поднялся над миром и спас человечество». Если бы люди массово выходили, то эта масса заставила власть по-другому себя вести, считаться с народом.

Тем не менее, относительно других движений, организаций, не считая «Единой России», ваша «кучка» держится.

– Народ верит в меня, но пока пассивен. Я уже 24 года нахожусь в этой борьбе: сначала в КПРФ, сейчас – в «Коммунистах России». Всю жизнь я отдала и отдаю тому, чтобы изменить нашу жизнь к лучшему. У меня нет своих корыстных целей. Я по образованию экономист, но жизнь так сложилась, что я уже стала юристом, стала защищать людей в судах. Я помогаю каждому, кто ко мне обратился. Причем люди к нам идут, когда им нигде не помогли. Я никогда не говорю обратившимся, что это невозможно. Мы пытаемся помочь в любой ситуации. Вы знаете, хотя я и не имею сейчас никакого статуса, меня находят и просят о помощи, и мы помогаем.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

15-й год пошел, как мы занимаемся правозащитной работой, и за это время мы обслужили десятки тысяч человек, но эти люди приходят, потом испаряются в неизвестность. Наша цель была вовлечь их в наши ряды, убедить, что за права надо бороться, в противном случае можно всё потерять. Я верю, что люди поймут, что нужно объединяться и вставать с колен. Иногда приходится слышать от людей преклонного возраста, что им без разницы на все, пенсию получают, а внуки пускай живут как хотят. У меня такой позиции нет. Я живу во имя достойного настоящего и будущего. Я ощущаю себя как единое целое с нашим прошлым, настоящим, будущим. Я горжусь нашим великим прошлым и уверена, что наш народ, в чьих жилах течёт кровь великих предков, проснется и совершит великие победы. Так было, так будет.

Сколько человек сегодня в горкоме КР?

– 130 человек. Много приходящих и уходящих. Но тех, кто был в КПСС, сейчас среди нас практически нет, они предали идею. Также у нас в списках более 1200 сторонников, которых мы приглашаем практически на все наши мероприятия. Считаю, что коммунистическое движение в России «благодаря» Зюганову разгромлено. КПРФ сегодня - буржуазная партия, которая прикрывается коммунистической вывеской. Вот, например, в Госдуме от КПРФ нет ни одного представителя трудового народа. Как, правило, это либо партноменклатура, которая сидит там по два десятилетия, либо денежные мешки, олигархи.

Из разгрома КПРФ, выхода, исключений из партии, образовалось несколько коммунистических партий. Коммунистическое движение сегодня разобщено. В России сегодня нет таких личностей, какими были Ленин и Сталин. Но мы продолжаем борьбу за наши идеалы справедливости и ждём появления выдающегося коммунистического вождя, который объединит всех коммунистов России в одну партию и поведет к достижению целей.

На какие средства существует партия и вы сами? Кто за вами стоит?

– За нами никто не стоит, средств у нас никаких практически нет. Партия – непарламентская, поэтому финансирования, понятно, никакого нет. Структура существует сама по себе. Мы собираем партвзносы - 1% от дохода. Поскольку мы с Андреем (Андрей Потанкин, второй секретарь КР – ред.) выполняем работу на выборах, секретарь ЦК партии Максим Сурайкин поддерживает партотделение по возможности. Это тоже мизерные средства для существования организации.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

«Я НИКУДА НЕ РВУСЬ АБСОЛЮТНО, НЕТ У МЕНЯ ТАКИХ АМБИЦИЙ»

В этом году вы все лето провели на Сахалине, где прошли выборы в областную Думу. Вы в действительности хотели получить депутатский мандат?

– Партийная организация на Сахалине была создана только в феврале этого года, 90% коммунистов – это выходцы из КПРФ. Процесс разложения КПРФ происходит и там. Нас пригласили, потому что «Коммунисты России» – непарламентская партия, необходимо организовать сбор подписей. У нас в этом вопросе опыт большой. Одно дело – собрать подписи, другое дело – грамотно оформить документы.

Есть разница в том, как проходят выборы?

– У нас чувствуется клановость во власти, с определенными порядками, там полнейший хаос, безвластие. Мы знаем, что все наши территориальные, участковые комиссии работают по установке власти. А там каждая комиссия работает на своих начальников - полнейшая анархия. Страха, конечно, определенного мы им навели. У нас рисуется явка, а они этого не делают. Самое главное, почему они там не вбрасывают - опасно, потому что у них везде установлено видео.

В день выборов толпами пошел на голосование контингент мигрантов. Когда начали интересоваться их активностью, оказалось, что их сентябрем прописали на Сахалине. Наши ребята пробили их по адресам. Выяснилось, что некоторые из них были прописаны по адресу ФСБ! Понятно, все делалось на уровне власти. Явка 25%, и эту явку нагоняли.

Второй момент – подкуп. К нему мы не были готовы. Он там массовый. С утра начинали с 500 рублей на человека, заканчивали – 1 500. Подкуп был конкретный. Если проанализировать и объединить тех, кто проголосовал против партии власти, то победил коммунистический электорат.

Мы жили в Южно-Сахалинске. Удивилась ухоженности города. Там каждую ночь мылом моют проспекты, много цветов, цветочные клумбы ежедневно на ночь закрывают от холода пленкой, везде идеальные газоны. Очень много благоустроенных скверов, сохранены все советские названия улиц, много памятников, даже в воинских частях сохранены бюсты и памятники Ленину. Огромный памятник Владимиру Ильичу стоит на главной площади города.

Уважительно относятся там к людям разных наций. Хоть и татарская диаспора там небольшая, но татары обратились, чтобы установить памятник Габдулле Тукаю, власти согласились, проект обсуждался всенародно, мы были свидетелями. Сейчас у нас в Татарстане идет травля по вопросу изучения татарского языка, на собраниях, говорят, дело доходит чуть не до драк. Людей ввергли в дискуссии вместо того, чтобы обеспечить преподавание языков в соответствии с законом и надлежащего качества. Между тем, как сообщают СМИ, дети татарской элиты, которые учатся в престижной школе, где половина преподавателей иностранцы, изучают татарский только по одному часу в неделю до пятого класса, а потом и совсем не изучают. Лично я не имею ничего против изучения татарского, но разумного изучения, а не времяпровождения, поскольку качество изучения татарского никакое. Я против всякого незаконного принуждения в этом вопросе. Не должен ущемляться и русский язык, это язык общенационального общения, язык великой культуры.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

В каких следующих выборах планируете принять участие?

– Будем участвовать, возможно, в Ульяновской области.

Так же будете оказывать помощь?

– Я никуда не рвусь абсолютно, нет у меня таких амбиций.

Если бы в Челнах вдруг освободился какой-нибудь округ, вы бы баллотировались в городской совет?

– Будем участвовать обязательно. Выборы – это борьба, проверка наших сил. У людей должен быть свой выбор, а не тот, который предлагает власть.

Нужны ли руководству Челнов такие депутаты?

– Оппозиция нужна. Ведь согласно законам диалектики, общество развивается в единстве и борьбе противоположностей.

«Я ЧЕЛОВЕК ОПЫТНЫЙ, СРАЗУ МОГУ СКАЗАТЬ: ЕСЛИ БЫ ЯКОВЛЕВ БЫЛ ОДИН, ЕГО БЫ ДАВНО УНИЧТОЖИЛИ КАК ГЛАШАТАЯ КОРРУПЦИИ ВО ВЛАСТИ»

Что скажете о вновь созданной фракции КПРФ? Помимо коммунистов Николая Атласова и Владимира Васева в ее состав вошел и беспартийный Сергей Яковлев.

– В свое время, чтобы создать фракцию, необходимо было пять человек. Я добилась, будучи депутатом, уменьшения до трех.

Яковлева лично я не знаю. Но могу сказать, что человек, который занимается бизнесом, всегда уязвим. И если он находится в бизнесе, и в то же время в оппозиции, это говорит о том, что в нем заинтересована определенная группа лиц. Значит кто-то его на это стимулирует. Я человек опытный в политике, сразу могу сказать: если бы он был один, его бы давно уничтожили как глашатая коррупции во власти, серьёзные проблемы появились в бизнесе. И он бы больше рта не раскрыл. Это однозначно.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Вам нравится, как он работает, какие темы поднимает?

– Он берет разные темы. Поднимает реальные, актуальные проблемы, но порой раздувает из мыльного пузыря. К нему обращается много людей, раз он такой разрекламированный. Люди наши всегда наивно надеются, что снизошел правозащитник, некий Иисус Христос. Но некоторые рассказывали, что когда с ним столкнулись, фактически-то помощи от него не получили и разочаровались. Я четко знаю: каким бы хорошим человеком ни был, если он человек бизнеса и если он решит быть оппозиционером, он останется без ничего.

Что касается Атласова и Васева – это не коммунисты, а представители буржуазии. Это люди, просто имеющие партийный билет КПРФ. Атласов не оппозиционер, а просто занимается своим бизнесом. Ему был нужен депутатский мандат, ему удалось пройти в горсовет через КПРФ. Ранее он был в ЛДПР, может и еще в какой-то партии.

Васев произносит, на его взгляд, много великих речей. На мой взгляд, они сумбурны, и непонятно, что он хочет выразить. Но, главное, я не вижу, чтобы он отстаивал интересы простого народа. Значит, выступая, он отстаивает какие-то свои интересы. Да и ранее он говорил, что политика ему не нужна, в партию вступать не будет, что красными флагами махать не будет, и что для него важны интересы бизнеса. Не думаю, что сегодня он вдруг изменился.

В общем, считаю, что у каждого из этого трио свои интересы. Возможно, у них будет единая позиция по отдельным вопросам, но в целом быть не может. Поэтому эта так называемая оппозиция - как лебедь, рак и щука. Это мыльный пузырь, который, надувшись, все равно лопает.

Владимир Николаевич на последней сессии заявил о «ничтожности роли горсовета». Согласны ли вы с ним, и почему, как вы думаете, заседания депутатских комиссий сейчас проходят за закрытыми дверями от прессы?

– Я об этом читала. Если он так сказал, это говорит и о его ничтожности, ведь он тоже представитель горсовета. Великих его дел на благо города мы не увидели, а пора бы за семь лет депутатства.

Сегодня говорят, что горсовет стал закрытым для СМИ. Когда мы были с Еретновым (Сергей Еретнов, экс-депутат – ред.), мы добились того, чтобы комиссии были открыты. С первого же заседания нового состава депутатов все сразу закрыли. Это говорит о том, какая у нас оппозиция. Она ничтожна. Я читала интервью с Батюшовым (Абдулхак Батюшов, депутат горсовета – ред.), где он объяснил закрытие горсовета тем, что депутаты боятся, что журналист, не уловив до конца сути, допустит ошибку (а в комиссиях работают специалисты, они на своем языке зачастую разговаривают). И не разобравшись, журналисты предадут такую информацию гласности. И депутаты якобы опасаются, во что это выльется.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Во-первых, сколько знаю журналистов, абсолютное их большинство умные люди. И все они правильно понимают. Другое дело, что изложение их материала зависит от целей издания. Во-вторых, депутаты - представители народа и должны излагать мысли так, чтобы они были понятны каждому простому человеку. Они обязаны быть открытыми, люди должны знать, чем они занимаются, как представляют их интересы. Если депутаты работают во благо города, горожан, то они должны быть заинтересованы в этой открытости. Почему они закрыты? Потому что пришли, чтобы лоббировать свои интересы. Отсюда и вся закрытость.

«КАЖДЫЙ МЭР ХОТЕЛ, ЧТОБЫ ОППОЗИЦИИ НЕ БЫЛО, КАЖДЫЙ НА ВЫБОРАХ ПЫТАЛСЯ ЗАДАВИТЬ НАС»

Вам пришлось работать при нескольких мэрах. С кем было комфортнее?

– Особой разницы нет. Каждый мэр, понятно, хотел, чтобы этой оппозиции не было, каждый на выборах пытался задавить нас. Хоть с Халиковым, хоть с Шайхразиевым. Помню, первые выборы с Шайхразиевым (Василь Шайхразиев, экс-мэр Набережных Челнов – ред.). Он все-таки работал в органах, он как-то сразу начал жестче. Наши люди на избирательных участках оказались не готовы. Каждый мэр пытался проверить меня на прочность. С каждой властью приходилось доказывать, что нам без разницы какой мэр. У нас есть своя позиция, и мы не меняемся. Приходилось демонстрировать, что мы не слабые. Начинать сложно было со всеми, все считаются только с силой.

Что запомнилось при Ильдаре Халикове?

– Он был молодым мэром. В тот период было активное население. Были массовые протестные движения. У людей забирали все льготы, снизили до минимума пенсии. Люди толпами выходили на улицу, перекрывали дороги. В декабре 2004 года толпа возмущенных людей перекрыла проспект Мира, потом участок напротив «Пединститута». Потом целую неделю горожане перекрывали дорогу на ГЭСе напротив Вечного огня.

В январе 2005 году в парке Победы мы провели митинг, где приняло участие 7 тысяч человек! А мороз был где-то 25 градусов. Есть фотографии, где непонятно, где находится трибуна, поскольку вся она была заполнена людьми.

В это же время была серьезная проблема по дольщикам. Власти не собирались решать их проблемы. К нам присоединилась активистка Луиза из долгостроя С-8, которая возглавила это движение. Мы стали активно бороться. В тот период также было воспрепятствование в проведении демонстраций. Одну демонстрацию мы провели, вроде бы уже завершали, люди разошлись. И тут ко мне на остановке 6-й комплекс подошли сотрудники полиции и говорят, что якобы я провела несанкционированную демонстрацию и должна проехать с ними. Хотя по ходу мероприятия никто никаких претензий мне не предъявлял. Я сказала, что никуда не поеду. В тот период рядом со мной была лишь одна наша активистка Нионила Фазлыева, мы с ней двинулись пешком домой по направлению к остановке «Райисполком». Сотрудники полиции следовали за нами, тут же на остановку подъехал наряд полиции. Убедить в незаконности действий было невозможно. В это время мимо нас в автобусе проезжали дольщики, они подбежали к нам. Позвонили своим людям, чтобы всех приглашали на остановку «Райисполком», поскольку меня хотят арестовать. Я в свою очередь смогла позвонить второму секретарю, чтобы пригласил коммунистов. Это остудило пыл сотрудников полиции. Они отошли от меня, правда, пообещали, что придут ко мне домой с надлежаще оформленными документами. Затем мы толпой пришли жаловаться в прокуратуру, где от нас скрывался дежурный. Потом мы пошли в ОВД Центрального района, где тоже пытались нас «отфутболить», но когда поняли, что преград у нас нет, что мы этот произвол так не оставим, предадим гласности на всю Россию, то очень испугались и даже просили пожалеть тех, кто хотел применить в отношении меня силу.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

- Власть вмешивалась в ситуацию?

- Тогда перепугалась и наша власть. Меня на следующий день стал искать Шайхразиев, тогда работавший руководителем исполкома. Я не брала трубки. Второй секретарь сказал, что я болею. Искал Халиков, он сумел до меня дозвониться по домашнему стационарному телефону, даже предложил помощь – лечение в больнице.

Массовые протесты проходили у входа в мэрию, где собиралось по 300-400 человек. Участникам власть предлагала зал-400, где все ответственные лица исполкома отвечали на вопросы граждан.

По сути наша борьба в защиту дольщиков дома С-8, всколыхнула решение проблемы по всему Татарстану, по сути наши активисты добились принятия закона в республике о защите прав дольщиков. Для того, чтобы власти обратили внимание на эту проблему, борьба была долгой и порой приходилось идти на крайние меры. Мы неоднократно ездили в Казань, в день проведения Госсовета. Встречали у входа представителей высшей татарстанской власти, окружали их, требовали принятия мер для решения проблемы. А поскольку никакого результата не было, пошли на крайние меры – дольщики решили перекрыть дорогу напротив Кабинета Министров, мы их поддержали. Было на несколько часов перекрыто автомобильное движение, путём хождения несколько часов по пешеходной дорожке. Было холодно, наверное, конец осени. Сотрудники полиции, ГИБДД пытались остановить это хождение, но законных оснований не было, а запугивать было бесполезно. Эта акция побудила Минниханова, он тогда был премьер-министром, собрать, в этот же день в Казани всех глав городов и районов, он пригласил и представителей инициативных групп дольщиков. Проблема была объективно обсуждена. И вот только после этого пошло решение проблемы и у нас в городе, и в Татарстане.

Редкий случай был у нас с одним мировым судьей, который рассматривал административное дело по привлечению меня к ответственности якобы за несанкционированную демонстрацию. Мы привели в суд порядка 40 человек. Суд был во второй половине дня, заседание прошло, а судья все не выходит для оглашения решения. Три часа прошло, а его все нет. Боялся перед народом решение огласить. Потом, видимо, устал ждать, ко мне подошел судебный пристав и попросил пройти в зал заседания. Но я понимаю, что для оглашения решения. И я сказала, что одна заходить не буду, что люди устанут и разойдутся, но никто не разошелся. Где-то в 18 часов судья озвучил при всех присутствующих свое незаконное решение. Наши люди потребовали от него отмены и сказали, что не уйдут пока он это не сделает. Он растерялся и не знал, что делать. Подошедшему судебному приставу на вопрос, что в зале происходит, судья ответил, что все нормально, идет судебный процесс. Эта растерянность судьи была в течение часа, затем, видимо по СМС, была вызвана группа судебных приставов, которые с применением физической силы убирали нас из зала заседания. В ходе этого упала и пострадала наша активистка, это остепенило «добрых» молодцев. Мы вызвали скорую помощь, женщина лежала в больнице. Мы в этот же день жалобу отнесли в УВД на действия судебных приставов, написали потом и в другие инстанции власти. Позже мы добились через Верховный суд России признания данного решения суда незаконным.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

«Я НЕ МОГУ ИЗМЕНИТЬ СВОЮ ЖИЗНЕННУЮ ПОЗИЦИЮ. Я НЕ МОГУ ПРОСТО ТАК ЖИТЬ И СМОТРЕТЬ НА ТО, ЧТО ПРОИСХОДИТ В ЭТОЙ ЖИЗНИ»

Расскажите о своей семье.

– У меня дочь. Ей 26. Она училась в школе №26, окончила юридический факультет МГУ. Немножко поработала по специальности, но захотела заниматься творческой деятельностью. Получила дополнительное образование, работает в рекламном бизнесе в Москве. Мама живет в Челнах, всю жизнь проработала в школе учителем математики. Отец умер, работал директором городской типографии. Родители мои из Мензелинска, я и сама там родилась. Училась сначала в школе №19, потом в 26-ой в Челнах.

Думали когда-нибудь, что будете выходить на митинги и выводить людей?

– У меня такой цели не было. Я, конечно, по жизни человек-общественник. С детства была за справедливость, защищала слабых. Никто тогда не думал, что в стране такое произойдет, все думали, что все будет стабильно, социализм навсегда. Помню, в юности один парень мне сказал: «Ты родилась не в то время, тебе надо было во время революции родиться». Состояла в комсомоле, даже на освобожденной комсомольской работе в системе «Камгэсэнергостроя». Работала в производственном управлении автомобильного транспорта… Начинала работать я в системе Сбербанка, была заместителем главного бухгалтера.

Хотели ли бы оставить эту деятельность? У вас была история с КамГЭСом, если не ошибаюсь, вы как раз уволились из-за своих принципов.

– Нет. Хотя много от такой деятельности в жизни проблем, я не могу жить иначе. В 2003 году мне пришлось лишиться работы в «Камгэсэнергострой», где я работала заместителем председателя профкома. Мне тогда был устроен целый политический процесс, в присутствии всех директоров, председателей профкомов. Тогда генеральным директором «Камгэсэнергостроя» был Виктор Ельцов, должность эта в то время была высокая. Было неприятно слушать надуманные речи, люди все молчали, боялись за себя. Я в итоге сказала в глаза Ельцову, что думаю о данной его позиции. Коллеги на следующий день пересказывали, как Гурьева вышла с гордо поднятой головой от Ельцова. Такие слова меня поддержали, и люди за такую позицию выражали мне уважение. Мне пришлось уволиться. Ельцов заявлял, что якобы из-за моей борьбы у «Камгэсэнергостроя» мало объемов работ. Меня уже нет в «Камгэсэнергострой» 14 лет, но он практически развалился, очень жаль. Он был мощнейшей в России строительной организацией.

Я самостоятельно создала в 2004 г. профсоюз строителей города, было много поползновений на закрытие, но продержались семь лет. Работала помощником депутата Пешкова, отношения у нас были нормальные. Но из-за выхода из КПРФ я потеряла эту работу.

 «Я знаю, что мы маленькая кучка людей, но власть нас боится. Боится!»

Власть мне многократно предлагала должности, понятно, чтобы убрать с политического поля. Вплоть до того, мол, выбирай (не буду говорить конкретно). Да и сегодня они готовы… Я не могу изменить свою жизненную позицию. Я не могу просто так жить и смотреть равнодушно на то, что происходит вокруг с нашей страной и народом. Если идти куда-то работать, значит надо перестать бороться. Тут уже выбора нет. Свою жизнь я не вижу по-другому.

Родные вас поддерживают?

– Конечно, если бы не было поддержки родных и близких (родителей, сестры и зятя, которые живут в Москве), невозможно было бы многое. Потому что просто не выживешь. Это однозначно.

В заключение хочу поздравить горожан со 100-летием Великого Октября, явившем миру осуществление мечты человечества о счастливой жизни! Желаю здоровья, долгих лет жизни, семейного благополучия, помнить свою историю, быть достойными великих предков, бороться за свои законные права, вернуть достойную жизнь.

Chelny-biz.ru

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика